Иконы именные и аналойные

Св. Филарет Черниговский икона

Икона Св. Филарет Черниговский

.
Написана темперой на липовой доске покрытой левкасом  с позолоченным нимбом.  Размер 20- 30 см.

   

Св. Филарет Черниговский

 Св. Феодор икона

Св. Феодор Ушаков

Икона Св. Феодор Ушаков

.
Написана темперой на липовой доске покрытой левкасом  с позолоченным фоном.  Размер 40- 50 см.
 Св. Феофил икона

Святитель Феофил Новгородский

Икона Свт. Феофил Новгородский

.
Написана темперой на липовой доске покрытой левкасом  с позолоченным фоном.  Размер 20- 30 см.
 Св. Феофан икона

Св. преподобный Феофан Рыхловский

Икона Св. Феофан Рыхловский

.
Написана темперой на липовой доске покрытой левкасом  с позолоченным нимбом.  Размер 30- 40 см.

Закрыть

Св. преподобный Феофан Рыхловский

(1881 - 1977), схиархимандрит, преподобный, местночтимый святой Нежинской епархии
Память 5 января (в день кончины), 19 октября (в день прославления; Нежин.) и в Соборе Черниговских святых

В миру Иван Феодосиевич Медведев, родился 20 октября 1881 г. в селе Фастовцы Борзнянского уезда (ныне Бахмачского района) на Черниговщине в крестьянской семье. Когда Ивану было два года, умер его отец. Мать воспитала детей в вере и благочестии. Иван окончил три класса земской Фастовецкой школы. Вместе с матерью он ходил в паломничества по святым местам: в Киево-Печерскую Лавру, в Рыхловский Никольский монастырь.

В возрасте 13 лет, поклонившись святыне Рыхловского монастыря - чудотворному образу святителя Николая, Иван остался при монастыре, несмотря на все уговоры матери.

Первое послушание Ивана было будить братию на молитву. Небольшой ростом и очень быстрый, он оббегал с колокольчиком все монашеские келии, будил братию, детским голоском призывал на молитву: «Время пения! Молитвы, час! Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас». Иногда из чьей-то келии слышался ответ басом старого монаха: «Иду сейчас». Впоследствии нес также послушания в монастырской просфорне, на пасеке, в переплетной мастерской, продавцом монастырской лавки.

Все время в монастыре молодой послушник проводил под руководством опытных наставников в постоянных трудах, молитве, посте, подвигах борьбы духа с плотью, побеждая страсти, восходя от силы в силу, духовно возрастая. Чтобы укрепить молодого подвижника в вере и возбудить ревность к благочестию и молитвенному подвигу, Господь часто посещал его болезнями, и вместе с этим оказывал ему Свою милость, чудесно исцеляя от страданий, подкрепляя духовными видениями.

В 1912 году принял монашество с именем Иувеналий.

В 1920 году был рукоположен во иеромонаха епископом Иоанном (Доброславиным).

19 декабря 1920 году Рыхловский монастырь был закрыт властями. Полураздетых монахов выгоняли из келий. Если кто одел брюки, с того снимали, оставляя в одних подрясниках. Некоторых увозили, но кони становились на дыбы, ржали. Люди плакали. Священников гнали до Коропа, затем до Кролевца.

Батюшка вспоминал:

В зимнюю стужу полуголых священнослужителей монастыря доставили в город Кролевец, чтобы назначить на приходы. Предложили, что кто хочет быстрее получить назначение, тот должен пойти нарубить столько-то дров. Я пошел рубить дрова. Получив указ на приход в Свято-Успенскую церковь села Краснополье, Коропского района, я не знал, как и чем туда добраться. Вышел на улицу, смотрю ― стоит подвода, а извозчик говорит, что приехал специально за мною, да ещё с запасным тёплым тулупом. Это был первый мой приход.
В 1922 году, староста церкви подписался в «живую церковь», а меня забрали в Свято-Троицкую церковь Коропа. Жил я в каменной сторожке, возле церкви. Была страшная бедность, один подрясник, не было даже подризника.
В 1929 году и этот храм закрыли, батюшку определили в Свято-Николаевскую церковь с. Рыботин, что рядом с Коропом. Там он прослужил до 1933 года.

С 1934 по 1941 годы я проживал в Коропе, ходил по селам, как рубщик дров, с топориком за спиною. Подрясник поднимал, прятал под плащ, а на груди всегда носил запасные Святые Дары. Поздно вечером в каком-либо доме верующих тайно собирались соседи, односельчане, всю ночь поучал собравшихся, молились, причащались Святых Христовых Тайн.
Четыре раза меня увозили из Коропа, но Господь чудесно спасал... Меня искали, встречали на улице, и, не узнавая, спрашивали, не видел ли я такого-то монаха. Бывало, ищут меня в Коропе, вокруг города, а я присяду в крапиве, через меня прыгают, а меня не видят.
Однажды двое повели меня зимою на речку топить. «Хватит тебе людей дурить!» Прорубили прорубь. Подняли подрясник, завязали им руки и голову, толкнули в прорубь. Один сказал: «Ударь прикладом, по голове». Другой ответил: «Да он и так уже готов». А я пригнулся, посидел в ледяной воде пока они ушли, потом вылез, вылил воду из сапог, выкрутил портянки и пошел в село. Обсушился, обогрелся на печке. Слава Богу за все!
Прп. Феофан Рыхловский
Прп. Феофан Рыхловский
В 1930-е годы батюшка тайно принял схиму с именем Феофана. Но до самой его кончины об этом почти никто не знал ― все называли батюшку отцом Иувеналием.
После войны возобновились служения в храмах Коропа и верующие просили о.Иувеналия служить в церкви во имя святителя Феодосия Черниговского. Епископ Черниговский Борис (Вик) утвердил батюшку вторым священником этой церкви.

Некоторое время о. Иувеналий был настоятелем Покровской церкви Коропа. Это был самый бедный приход ― ему принадлежало всего 60 дворов. В этом храме батюшка начал по четвергам служить акафисты, внес в храм Нерукотворенный образ Спасителя. Люди других приходов начали идти на молитву в Покровскую церковь. В Коропе было несколько священников и благочинные, которые озлобились на подъем духовной жизни в приходе о.Иувеналия и написали письмо в Чернигов архиерею с просьбою убрать батюшку из Коропа. Вызвали его в Чернигов, владыка вручил письмо, в котором говорилось, чтобы о. Иувеналия никогда никуда из Коропа не переводили. Отец Иувеналий продолжал трудиться в Коропе.

4 декабря 1948 года была освящена после ремонта Вознесенская церковь, в которую перешли служить настоятелем благочинный и вторым священником о. Иувеналий. После смерти благочинного настоятелем стал батюшка, ревностно прослуживший здесь до ухода за штат на 89 году жизни, в июне 1970 года.

Последний раз о. Иувеналий участвовал в совершении Божественной литургии на праздник святителя Николая, 19 декабря 1976 года. Была холодная зима. Легко одетого батюшку привезли в церковь на подводе. После богослужения он попросил старосту церкви Ивана Степановича Васько помочь обойти все иконы, приложиться к ним, сказав, что он уже в храме последний раз... Старец простудился, заболел воспалением лёгких. Болезнь быстро прогрессировала, приходил врач.

Скончался 18 января 1977 года. По завещанию батюшки отпевание было совершено по монашескому чину 21 января в Вознесенской церкви при участии собора священников и при пении хора из Чернигова. Был похоронен на Михайловском кладбище в Коропе. Простая могилка обложена дёрном, дубовый крест с табличкою из нержавеющей стали и надписью: «Под крестом моя могила, на кресте моя Любовь. Молитеся, братья, Богу о прощении моих грехов. Схиархимандрит Феофаний (Архимандрит Иувеналий Медведев) 1881-1977».

14 июня 2011 года Священный Синод Украинской Православной Церкви, рассмотрев житие, труды, подвиги, чудеса, учитывая народное почитание, благословил для местного прославления и почитания схиархимандрита Феофана (Медведева).

25 августа в пгт. Короп состоялось открытие мощей прп. Феофана. Священники Коропского округа во главе с благочинным архимандритом Николаем (Путрей) на городском кладбище выкопали гроб с нетленными останками святого и крестным ходом перенесли в Вознесенского храма Коропа. Епископ Нежинский Ириней совершил панихиду по схиархимандриту Феофану, после чего мощи были одеты в монашеские облачения и переведены в раке [1]. 31 октября, накануне дня прославления, нетленные останки святого были перенесены из Вознесенского до Успенского храма пгт. Коропа [2].

1 ноября 2011 года в Успенском храме поселка Короп состоялось местное прославление.





Закрыть

Св. праведный Феодор Ушаков


В плеяде блистательных имён российских флотоводцев звездой первой величины сияет имя адмирала Фёдора Фёдоровича Ушакова. Своими победами он приумножил и утвердил славу Российского военно–морского флота. "Жизнь — Родине, душа — Богу",— эти слова как нельзя более полно характеризуют житие и деяния адмирала Российского флота Ф.Ф. Ушакова. В селе Бурнаково Романовского уезда Ярославской провинции 13 февраля 1745 года (стар. ст.) в семье лейб–гвардии Преображенского полка солдата Фёдора Игнатьевича Ушакова родился сын Фёдор. Имя ему было выбрано не случайно: рождение пришлось между днями памяти воинов–великомученников — Феодора Стратилата (8 февраля) и Феодора Тирона (17 февраля).

Когда мальчику исполнилось 3 года, принял монашество его родной дядя Иоанн Игнатьевич Ушаков, будущий преподобный Феодор Санаксарский, который родился и вырос в том же сельце Бурнаково. Необыкновенные обстоятельства его пострига оказали большое влияние на племянника. Многочисленные члены семейства Ушаковых были прихожанами храма Богоявления–на–Острову, находившегося в трёх верстах от их села на левом берегу Волги. В этом храме Феодора крестили; здесь же, в школе для дворянских детей при мужском Островском Богоявленском монастыре, он обучался грамоте и счёту. Обладая врождённым бесстрашием, отрок Фёдор нередко отваживался на подвиги не по летам, например, со старостою своей деревни он хаживал на медведя. Смелость была присуща ему всю жизнь. Скромный и уступчивый в обычных условиях, он как бы перерождался в минуты опасности и без страха смотрел ей прямо в лицо. Шестнадцати лет юноша был представлен на смотр в герольдмейстерскую контору Сената, где показал, что "российской грамоте и писать обучен ... желает–де он, Феодор, в Морской кадетский корпус в кадеты".

Морской шляхетский кадетский корпус располагался в Санкт–Петербурге, на углу набережной Большой Невы и 12–й линии Васильевского острова. Директором его в то время был Иван Логинович Голенищев–Кутузов, высокообразованный, опытный моряк. Юный кадет прилежно постигал преподаваемые ему науки, особую склонность проявляя к арифметике, навигации и истории, и через пять лет одним из лучших окончил корпус, получил офицерский чин мичмана и был приведён к присяге:

"Аз, Феодор Ушаков, обещаюся и клянуся всемогущим Богом пред Святым Его Евангелием в том, что хощу и должен Ея Императорскому Величеству моей всемилостивейшей Государыне Императрице Екатерине Алексеевне Самодержице и Ея Императорскаго Величества любезнейшему Сыну Государю Цезаревичу и Великому Князю Павлу Петровичу, законному всероссийскаго престола Наследнику, верно и нелицемерно служить и во всём повиноваться, не щадя живота своего до последней капли крови ..."

Всю свою жизнь он ни в чём этой присяге не изменил. Служил на Балтийском флоте. Первым дальним плаванием (15 месяцев), стал поход вокруг Скандинавии до Архангельска и обратно. С 1769 года в Донской (Азовской) флотилии, участвовал в русско–турецкой войне 1768—1774 годов. С 1775 года был командиром фрегата, в 1780—1782 годах — командиром линейного корабля "Виктор". В начале русско–турецкой войны 1781—1791 годов был командиром линейного корабля "Св. Павел", в сражении (1788 г.) у острова Федониси (ныне Змеиный) командовал авангардом русской эскадры. С 1790 года командовал Черноморским флотом. Одержал крупные победы над турецким флотом в Керченском сражении (1790 г.), у острова Тендра (1790 г.) и мыса Калиакрия (1791 г.). Во время Средиземноморского похода 1798—1800 годов после блокады штурмом овладел крепостью Корфу (1799 г). Проявил себя как искусный политик и дипломат при создании греческой Республики Семи Островов. Умело организовал взаимодействие армии и флота при овладении Ионическими островами, освобождении от французов Италии. Ушаков — основоположник маневренной тактики парусного флота, сторонник суворовских принципов обучения и воспитания военных моряков.

17 января 1807 года Фёдор Ушаков ушёл в отставку. Отойдя от служебных дел, Фёдор Фёдорович некоторое время жил в Санкт–Петербурге. Перед тем как окончательно в 1810 году покинуть столицу, он составил завещание. Никогда не имевший своей семьи и детей, он все небогатые владения передал в собственность племянникам, "которых почитаю я вместо детей моих и о благе их стараюсь как собственный их отец".

Последним местом земной жизни адмирала Ушакова стала тихая деревня Алексеевка, в Темниковском уезде, вблизи Санаксарского Рождество–Богородичного монастыря, где подвизался его дядя преподобный Феодор Санаксарский. Сохранилось свидетельство тогдашнего настоятеля монастыря иеромонаха Нафанаила: "Адмирал Ушаков, сосед и знаменитый благотворитель Санаксарской обители, по прибытии своём из Санкт–Петербурга, вёл жизнь уединённую в собственном своём доме, в деревне Алексеевке, расстоянием от монастыря через лес версты три, который по воскресным и праздничным дням приезжал для богомолья в монастырь к службам Божиим во всякое время. В Великий пост живал в монастыре, в келье, для своего пощения и приготовления к Святым Тайнам по целой седмице и всякую продолжительную службу с братией в церкви выстаивал неопустительно и слушал благоговейно". Остаток дней своих, по словам иеромонаха Нафанаила, адмирал Фёдор Ушаков провел "крайне воздержанно и окончил жизнь свою как следует истинному христианину и верному сыну Святой Церкви 1817 года октября 2–го дня и погребён по желанию его в монастыре подле сродника его из дворян, первоначальника обители сия иеромонаха Феодора по фамилии Ушакова же". Отпевал усопшего в Спасо–Преображенской церкви города Темникова протоиерей Асинкрит Иванов, который перед тем, в праздник Покрова Пресвятой Богородицы, принимал его последнюю исповедь и причащал Святых Таин. Гроб при большом стечении народа вынесли на руках из города и хотели положить на подводу, но народ не отдал и продолжал нести его до самой Санаксарской обители.

Когда наступили времена гонений на Русскую Православную Церковь, Санаксарский монастырь, где упокоился Фёдор Фёдорович, был закрыт. Часовня, выстроенная над могилой адмирала, была до основания разрушена. В годы Великой Отечественной войны 1941—1945 годов воинская слава знаменитого адмирала была вспомянута, его имя, наряду с именами святых благоверных князей Александра Невского и Димитрия Донского и великого полководца Александра Суворова, вдохновляло к подвигу защитников родины. 3 марта 1944 года были учреждены орден и медаль адмирала Ушакова, которые стали высшими наградами для воинов–моряков. Останки святого Феодора были впервые обнаружены в 1944 году государственной комиссией, созданной специально для их поисков. Честные останки адмирала были извлечены из могилы в июне 1944 года и положены в специальную раку, по словам отца Венедикта, насельника монастыря и составителя жития адмирала Ушакова, останки флотоводца оказались нетленными. До последнего времени могила адмирала находились рядом с могилой его дяди, преподобного игумена Феодора (Ушакова), причём на этих могилах происходило немало исцелений по молитвам к двум Ушаковым. Отец Венедикт рассказал, что ему известно множество случаев чудес, которые произошли, преимущественно с военными моряками, которые, обращаясь с молитвой к Фёдору Ушакову, по его молитвам получали помощь. В 1991 году Санаксарский монастырь был возвращен Русской Православной Церкви. Почитание святого праведника год от году возрастало. На его могиле служили панихиды. Многочисленные паломники: духовенство, монашествующие, благочестивые миряне, среди которых часто можно видеть воинов–моряков, приходили поклониться Фёдору Фёдоровичу Ушакову, ревностному служителю Отечеству и народу Божиему, явившему собою великий пример воинской доблести, милосердия и христианского благочестия.

4—5 августа в Мордовии в Санаксарском монастыре прошли торжества по канонизации известного русского флотоводца адмирала Фёдора Фёдоровича Ушакова (1745—1817 гг.). Впервые в истории христианства в лике святых прославлен флотоводец. Мощи его покоряться в соборе Рождества Богородицы Санаксарского монастыря в раке, имеющей форму корабля.





Закрыть

Свя­ти­тель Фе­о­фил, ар­хи­епи­скоп Нов­го­род­ский

, был из­бран по жре­бию по­сле смер­ти свя­ти­те­ля Ио­ны († 1471; па­мять 5 но­яб­ря) и воз­ве­ден в сан ар­хи­епи­ско­па Нов­го­род­ско­го 15 де­каб­ря 1472 го­да в Москве. До воз­ве­де­ния в сан ар­хи­епи­ско­па он под­ви­зал­ся риз­ни­чим в Отен­ской пу­сты­ни. Труд­ный жре­бий вы­пал на до­лю свя­ти­те­ля по управ­ле­нию нов­го­род­ской паст­вой: по­сад­ни­ца Мар­фа Бо­рец­кая и ее при­вер­жен­цы во­ору­жа­ли и воз­му­ща­ли на­род про­тив ве­ли­ко­го Мос­ков­ско­го кня­зя Иоан­на III, а мо­нах Пи­мен, сто­рон­ник Бо­рец­ких, раз­жи­гал в пастве нена­висть к ар­хи­епи­ско­пу. Неко­то­рые из нов­го­род­цев скло­ня­лись пе­рей­ти на сто­ро­ну Лит­вы, из­ме­нив Мос­ков­ско­му кня­зю, и го­то­вы бы­ли пой­ти на ве­ро­от­ступ­ни­че­ство. Свя­ти­тель Фе­о­фил оста­нав­ли­вал мя­теж­ных нов­го­род­цев: «Не из­ме­няй­те пра­во­сла­вию, или не бу­ду пас­ты­рем от­ступ­ни­ков, уй­ду на­зад в сми­рен­ную кел­лию, от­ку­да из­влек­ли вы ме­ня на по­зо­ри­ще мя­те­жа». Со­хра­ни­лась от­ре­чен­ная гра­мо­та свя­ти­те­ля, на­пи­сан­ная в 1479 го­ду. Од­на­ко ослеп­лен­ный на­род не вни­мал сло­вам пас­ты­ря: меж­ду Нов­го­ро­дом и Моск­вой раз­го­ре­лась меж­до­усоб­ная вой­на. Раз­би­тые нов­го­род­цы вы­нуж­де­ны бы­ли про­сить по­ща­ды, и мно­гие из них обя­за­ны жиз­нью за­ступ­ни­че­ству свя­ти­те­ля. В 1480 го­ду свя­ти­тель Фе­о­фил был от­прав­лен Иоан­ном III на за­то­че­ние в Мос­ков­ский Чу­дов мо­на­стырь и «си­дел пол­тре­тья ле­то, ту и пре­ста­ви­ся». По пре­да­нию, ко­гда свя­ти­тель Фе­о­фил ле­жал боль­ной в Чу­до­вом мо­на­сты­ре, во сне явил­ся к нему Нов­го­род­ский свя­ти­тель Ни­фонт (†1156; па­мять 8 ап­ре­ля), по­хо­ро­нен­ный в пе­ще­рах пре­по­доб­но­го Ан­то­ния Пе­чер­ско­го, и на­пом­нил об обе­ща­нии по­кло­нить­ся Пе­чер­ским чу­до­твор­цам. Свя­той ар­хи­епи­скоп от­пра­вил­ся в Ки­ев и уже при­бли­жал­ся к Дне­пру, как бо­лезнь его уси­ли­лась, и он по­лу­чил от­кро­ве­ние, что хо­тя не дой­дет жи­вым до пе­щер, но те­ло его упо­ко­ит­ся в них. Это ис­пол­ни­лось.

Па­мять его со­вер­ша­ет­ся так­же с Со­бо­ром Даль­них пе­щер 28 ав­гу­ста и во 2-ю Неде­лю Ве­ли­ко­го по­ста, с об­щим Со­бо­ром Ки­е­во-Пе­чер­ских от­цов.





Закрыть

Святитель Филарет Черниговский

(в миру Дмитрий Григорьевич Гумилевский, при рождении Конобеевский), родился 23 октября 1805 г. в д. Конобеевке Шацкого уезда Тамбовской губернии в семье священника.

Когда никто на селе не знал о рождении сына у почтенного пастыря, юродивый Алексей, взобравшись на колокольню, возвестил о рождении трезвоном. Переполошенный несвоевременным звоном народ бросился к церкви. Стали спрашивать юродивого, кто велел звонить и зачем? – «Рад Алешка, что родился великий Тимошка! А он будет звонить, звонить будет на всю Русь!» – отвечал юродивый. Раздосадованный народ не внял пророческому голосу блаженного, и нашлись люди, которые излили свою досаду на его спине. Юродивого высекли, а он приговаривал во время наказания: «Бейте больше, родился большой Тимошка».

Мальчика назвали Димитрием в честь св. Димитрия Солунского.

Первоначальное воспитание и образование получил он в семье родителей. Отец его отличался истинным благочестием и был известен как замечательный проповедник и примерный священник. Мать его была образцом древнерусской благочестивой женщины. Благочестие родителей и аскетическая жизнь тетки-наставницы, умершей 90 лет девицей, рано развили в будущем Филарете склонность к монашеству.

Димитрий был небольшого роста, всегда худенький, живой и резвый, в глазах его светились ум и энергия. Умственные способности Мити обнаружились очень рано. Пяти лет он уже читал в церкви Псалтирь, которую знал почти всю наизусть. Семи лет отец поместил Димитрия в Вышенскую пустынь к ученому иеродиакону Никону, пробыв у которого два года, он поступил в Шацкое духовное училище. Во время учебы Тамбовский преосвященный Иона (Васильевский), приняв во внимание его малый рост и смирение, переменил его прежнюю фамилию Конобеевский на Гумилевский.

Способности у Димитрия были замечательные, память необыкновенная, острота слова и находчивость удивительные. Выросший в деревне, он с детства любил природу, цветы, пение, что откладывало свой отпечаток на характере будущего святителя. Любовь к пению сохранилась у него на всю жизнь и уже будучи архиереем, несмотря на свою постоянную занятость, он часто присутствовал при спевках, у него был замечательный хор.

Однажды Димитрий со своей теткой посетил Саровскую пустынь и были у старца Серафима. Благословив их и посмотрев на Димитрия, старец сказал: «Сей отрок будет великим светильником Церкви и прославится по всей Руси, как ученый муж». Двоюродному брату Димитрия Никите старец Серафим сказал про Димитрия еще раньше, что «он будет солить, солить на всю Россию!». Когда позднее старший брат Димитрия Василий пришел к преп. Серафиму за благословением принять монашество, то старец сказал ему: «Это только твоему брату Бог дал талант каждый месяц по книжке из кармана вынимать, а ты ступай домой и живи, как укажет Бог».

Эти предсказания и некоторые другие случаи, имевшие место в его жизни, были восприняты им и его родителями, как доказательство особого хранения его Промыслом. Отец мечтал, что Димитрий займет его место и настаивал на женитьбе. По окончании первого года в богословском отделении Димитрий стал сватать невесту, исполняя желание и волю отца. Но во время последних каникул, гуляя со своим братом и товарищем Никитою по обширному отцовскому саду, Димитрий подошел к одной яблоне, задумался, а потом поведал о дивном видении, бывшем ему во время сна под этой яблоней. Со слезами радости говорил он: «Вижу я во сне пришедшего ко мне святителя, подобного Василию Великому, и он торжественно говорит мне: план твой и отца твоего разрушится, а исполнится над тобой то, что сказано тебе вперед архиереем Ионою. Возьми мои сочинения в Тамбовской семинарской библиотеке, в них увидишь мой образ и читай оные на латинском и греческом языках. Сверх того ходи каждый день к утрени в архидиаконскую церковь и становись перед образом святителя и чудотворца Димитрия Ростовского». Кроме своего друга Димитрий никому этого не рассказывал, но сам с этого времени совершенно изменил образ жизни. Несмотря на неудовольствие и даже угрозы отца, он совершенно оставил мысль о женитьбе.

В 1826 г. он поступил в Московскую духовную академию, где 19 августа 1829 г. (по окончании академии) пострижен в монашество.

Митрополит Московский Филарет (Дроздов), внимательно следивший за его учением при пострижении дал ему свое имя – беспримерный случай в истории академии. В своих отношениях к юному иноку Московский святитель проявлял отеческую заботливость и вместе с тем исключительную строгость. Чувствовалось, что зоркий и мудрый правитель Церкви желал подготовить себе достойного преемника. Несомненно школа мудрого иерарха имела великое влияние на Филарета. В академии называли юного ученого инока «Филаретик».

По принятии иноческого чина Филарет 3 февраля 1830 г. рукоположен во иеродиакона, а 29 июня того же года – во иеромонаха.

Еще будучи студентом академии, Филарет был определен библиотекарем академии, а по окончании академии оставлен при ней и 6 июня 1831 г. занял кафедру церковной истории и причислен к собору иеромонахов Московского Донского монастыря, а также назначен цензором. С 1832 г. переведен на кафедру Св. Писания.

Ко всякому труду Филарет относился с живым интересом с увлечением. Его пылкий и живой темперамент, привычка к труду, желание служить Церкви и ближнему подогревали всякое дело в его руках. Но с наибольшим воодушевлением он относился к преподаванию предмета история Русской Церкви.

Трудолюбивый Филарет в числе своих недостатков считал леность. И это сетование на леность произносилось им тогда, когда очевидцы его неустанной деятельности задавали себе вопрос: «спал ли он когда-нибудь?».

Только два года привелось иеромонаху Филарету читать церковную историю. В начале 1832/33 учебного года по воле Московского святителя Филарет был назначен на кафедру нравственного и пастырского богословия. 1 мая 1833 г. он был назначен инспектором академии, т. е. кроме преподавательских занятий был привлечен к администраторскому труду, тем более сложному, что с этой обязанностью соединялось настоятельство в каком-либо монастыре. Филарету было поручено настоятельство в Московском Богоявленском монастыре. Кроткому и смиренному иноку должность эта была нелегка. Надзор за молодыми людьми его возраста ставил его между двух огней – строгими мерами он мог раздражать студентов, снисходительность же могла навлечь неудовольствие начальства. А недремлющее око Московского митрополита бдительно следило за всем, что совершалось в академии.

27 января 1835 г. Филарет был возведен в сан архимандрита, а 14 декабря того же года назначен ректором Московской духовной академии. Академическое правление поручило ему провести ревизии в Вифанской, Вологодской, Ярославской, Костромской, Тамбовской и других семинариях.

9 марта 1837 г. на него возложена обязанность настоятеля Богоявленского монастыря.

В октябре 1841 г. великий Московский святитель Филарет назначил своего любимца на Рижскую кафедру. Митрополиту была известна его пламенная любовь к Церкви, его покорность воле Божией, его смирение, глубокое понимание истин веры и всех заблужений протестанства и, наконец, близкое знакомство его с немецкой богословской словесностью и немецким языком. Весть о новом назначении поразила архим. Филарета, как гром, так как он был сильно привязан к академии, к своему делу, к библиотеке. Чтение богословия доставило Филарету громкую известность. Едва он приехал в Петербург для хиротонии, как ему наши высшие духовные иерархи предложили заняться составлением «Догматики» и выписать для этого из академии свои лекции. Когда же Филарет по своей скромности и опасливости стал отказываться, прибегли к посредничеству самого сильного человека, обер-прокурора Св. Синода гр. Протасова.

21 декабря 1841 г. в Казанском соборе Петербурга была совершена хиротония Филарета во епископа Рижского. В июле 1842 г. он отправился в Ригу.

С первой минуты, когда предстал он пред престолом Божиим в качестве служителя алтаря и до самой смерти, каждую службу, начиная от Херувимской песни и до причащения слезы текли из глаз его. Приняв же Агнца и читая молитву перед причастием, он всхлипывал. И приобщившись долго не мог унять тока слез своих.

Условия его служения в Риге были очень трудны. В коренном населении – латышах и эстонцах замечалась тяга к православию и самобытной культуре – богослужению и преподаванию в школах на родном языке. Святитель всемерно поддерживал их стремление. За свое пребывание в Риге он открыл 63 прихода, устроил 20 церквей постоянных и 43 временных, возбудил ходатайство об открытии духовного училища и приходских школ. Эта деятельность, шедшая вразрез с интересами баронов и немецкой партии, желавшей онемечить край, вызывала с их стороны резкое противодействие. Пытались парализовать деятельность архипастыря, не гнушались самыми грязными доносами. Неравная борьба, длившаяся 7 лет, закончилась в 1848 г. перемещением Филарета на Харьковскую кафедру.

Святитель уделял большое внимание духовному образованию юношества, устраивал семинарии, епархиальные училища, следил за учебно-воспитательным процессом, вырабатывал для учебных заведений программы преподавания, отдавая для их материального обеспечения свои печатные труды.

В монастырях учреждал общежитие, не оставлял без внимания храмоздания и церковного благолепия.

Преосвященный Филарет отличался необыкновенной тонкостью вкуса в одежде, как в личной, так и священной. Причем эта черта была в нем очень естественной.

Был кроток в обращении с людьми. Беседуя, он с терпением и благодушием выслушивал собеседника, а потом в очень мягкой форме объяснял суть дела и выводил ошибающегося на истинный путь. Им всегда руководило чувство врожденной скромности, смирения, строгости к себе, любви и уважения к человеку. Филарет был очень отзывчив к чужой беде, деньги для него не имели цены. Он как будто бы боялся их. Справедливо замечено, что несмотря на значительные средства, которыми он мог располагать во время пребывания своего на Харьковской епархии, он постоянно должен был сокращать свои расходы, потому что получаемые им средства шли большею частью на дела благотворительности.

В 1857 г. он был возведен в сан архиепископа.

2 мая 1859 г. назначен архиепископом Черниговским и Нежинским.

Преосвященный Филарет состоял членом Общества Истории и древностей российких (с 1847 г.); действительным членом Импер. Рус. Географ. общества и почетным членом Харьковского университета (с 1852 г.); почетным членом Импер. Рус. Археолог. общества (с 1856 г.).

Особую известность и популярность приобрел Филарет своей литературной деятельностью. В трудах Филарета поражает масса критических статей и заметок. Это была особенность его таланта – пытливо относиться ко всякому предмету, все проверять взглядом критика. Он очень много читал. Вся жизнь его была посвящена чтению и труду. Обществу, публике он отдавал себя только по крайней необходимости. Люди, близко его знавшие, говорили, что он работал и отдыхал, ел и пил всегда с книгою в руках и тут же сразу делал нужные ему заметки и извлечения. «Надо удивляться, – говорит один близко знавший преосвященного, – надо удивляться его неутомимой деятельности. Он не ложился спать иначе, как при двух горящих свечах. Ночью он часто пробуждался, брал свечу, шел в библиотеку, доставал книгу или рукопись и садился работать. Таких занятий он не отлагал на утро, даже во сне его занимала какая-нибудь умственная задача». У него всегда было желание за все взяться, во всем явиться если не первоначинателем, то успеть больше прочих, во всем оставить о себе добрую память. С течением времени у него уже не было специальной задачи, определенного вопроса, решение которого заняло бы его исключительно. Ему хотелось действовать на более обширном поприще. Его не смущали ни огромные размеры поприща, ни разнообразие предметов, ни недостаток многих необходимых данных и источников. Не останавливаясь перед трудностями, он отважно брался за любое дело. Разнообразие предметов, за которые брался архипастырь, особенно заметно в последние 10 лет его жизни. С 1860 г. в нем появилось усиленное внимание к крупным явлениям жизни и движению современной мысли. И тут он спешил сказать свое отрывистое, смелое слово. В последние годы его жизни физические силы его ослабели до того, что он не мог писать сидя, но и это не остановило его деятельности. Он начал писать лежа, дрожащей рукой... Вследствие этого ослабления тела, вследствие смелых надежд на свои сведения и вследствие спешной работы в трудах его появилось несколько упущений и неточностей. Любому кропотливому изыскателю можно было уловить эти промахи. В своих выводах он не любил тратить слово, а всегда выражался отрывисто, смело и уверенно. Трудно было на первых порах примириться с этим свойством его приговоров, тем более, что они часто не подкреплялись доказательствами. Иногда он судил по первому впечатлению, самоуверенно, уклоняясь от более внимательных изысканий. В этих случаях взгляды и выводы его нуждаются в пересмотре и поверке.

Архиепископ Филарет известен и как замечательный проповедник слова Божия. Особенно назидательны его «Беседы о страданиях Господа нашего Иисуса Христа», которые произносил преосвященный к харьковской пастве в дни Великого поста.

При интенсивной научной работе он живо откликался на все события общественной жизни: посещал тюрьмы, во время Севастопольской кампании раздавал белье проходившим дружинам, благославлял их, служил молебны; когда госпитали были переполнены ранеными, не задумываясь отдавал для них помещение семинарии, переводя учащихся на частные квартиры.

Он не покидал своей паствы и в самые тяжелые моменты жизни. Во время холеры 1866 г. он предпринял объезд епархии, говоря: «Народ упал духом, следует ободрить». В пути он сам заболел и 9 августа 1866 года скончался в Конотопе. От Конотопа до Чернигова на протяжении 180 верст народ сменяя один другого сопровождал гроб любимого архипастыря в количестве 10–12 тысяч человек. При этом не было ни одного случая заболевания холерой. Забыли все об этом страшном биче. Холера не дошла до Чернигова и прекратилась. Честные останки святителя были погребены в Троицком соборе Троице-Ильинского монастыря под алтарем.

Решением Священного Синода Украинской Православной Церкви от 25 октября 2009 года архиепископ Филарет Черниговский был причислен к лику местночтимых святых Черниговской епархии с установлением памяти ему 9 августа. 26 января 2012 года Украинский Синод установил дополнительный день памяти святителю 12 октября.