вернуться

Иконография Праздников

Рождество Пресвятой Богородицы
В Рождестве Матери Божией Церковь и святые отцы прославляют великую степень приближения Божества к благодатному единению с человечеством в лице предызбранной Девы, рожденной по обетованию Божию.
    Святой Андрей Критский называет праздник Рождества Богородицы началом праздников, дверью к благодати и истине. "В Рождестве Божией Матери, - говорит св. Андрей Критский, - Создателю всего устроился одушевленный храм, и тварь уготовляется в новое Божественное жилище Творцу".
Церковь называет Матерь Божию Багряницей Христа, облекшей Безначальное Слово человечеством, как царя пурпуром царского одеяния.
    При сравнении иконы Рождества Божией Матери с другими иконами двунадесятых праздников обращает на себя внимание, более чем в других двунадесятых иконах, земной, человеческий строй этого изображения. Икона не является чисто символической печатью события, напечатлением догматического содержания праздника, но носит черты очень интимные, она не лишена бытовых подробностей. Икона Рождества Божией Матери как бы вводит в семью Иоакима и Анны, делает нас причастниками бесконечно радостному событию - исполнению многолетней надежды чаяния младенца, отъятию бесчадия, - Рождеству Матери Божией, освятившему дом Иоакима и всю вселенную.
     Рождество Матери Божией - это последнее предуготовление человеческого рода к принятию Божества. И оттого икона так полна человеческой благоуханной радостью. В левой стороне иконы изображена святая Анна. Лик ее выражает радость. Справа от святой Анны изображены служанки, несущие святой Анне еду и питье. Изображение служанок очень жизненно и является подробностью домашнего уклада Иоакима и Анны. Ниже, в правом углу иконы, изображены повивальные бабки, которые готовят воду для омовения Новорожденной. И все эти домашние подробности не бессмысленны, но становятся частью святыни, не отторжимой от святого события, и свидетельствуют о том, что нет в священном событии ничего незначительного, и самое скромное участие делает присутствующих причастными общему светлому празднику. В Рождестве Божией Матери освящаются и семейное начало, и бытовое, потому что Рождество Ее становится приготовлением встречи Великого Царя.

    На великой вечерне праздника в чтении трех паремий выражено пророческое чаяние Ветхого Завета о Рождестве Матери Божией. Первая: сон Иакова, в котором, по изъяснению Церкви, Матерь Божия символически прообразно образует лестницу, простертую до небес, по которой снидет Господь. Во второй паремии говорится о башне Иерусалимской стены: и игумен пройдет сквозь врата и пребудет дверь затворена - образ приснодевства Матери Божией. И третья паремия притча Соломонова, начинающаяся словами: "Премудрость созда Себе дом". Дом, созданный Премудростью, это Матерь Божия, ставшая жилищем ипостасной Премудрости - Бога Слова. И в праздновании Рождества Божией Матери - Матерь Божия именуется Храмом Божиим - Божиим Жилищем. То, что в почитании Матери Божией остается неизменным, - Матерь Божия пребывает навек чистейшим и совершеннейшим образом Церкви.

   На иконе праздника "Рождество Матери Божией" Она изображается обычно не посредине, не занимает какого-либо центрального места, но изображается или спеленутой на руках повивальной бабки, или стоящей в купели, наполненной водой, и ожидающей омовения. Но изображение Матери Божией на иконе этого праздника по существу является самым важным, самым значительным изображением иконы. Быть может, в этой скромности изображения Божией Матери выразилось то, что было в Ней неизменно - полнота смирения.

   О рождении Пресвятой девы мы читаем в Истории Иакова о рождении Марии. "В двенадцати коленах Израиля был некто Иоаким, очень богатый человек, который приносил двойные дары Богу, говоря: Пусть будет от богатства моего всему народу, а мне в отпущение в умилостивление Господу. Наступил великий день Господень, когда сыны Израиля приносили свои дары. И выступил против него (Иоакима) Рувим, сказав: Нельзя тебе приносить дары первому, ибо ты не создал потомства Израилю. И огорчился очень Иоаким, и стал смотреть родословную двенадцати племен народа, говоря: поищу в двенадцати коленах Израиля, не я ли один не дал потомства Израилю. И исследовав, выяснил, что все праведники оставили потомство Израилю. Вспомнил он и об Аврааме, как в его последние дни Бог даровал ему сына Исаака. И столь горько стало Иоакиму, и не пошел он к жене своей, а ушел в пустыню, поставил там свою палатку и постился сорок дней и сорок ночей, говоря: не войду ни для еды, ни для питья, пока не снизойдет ко мне Господь, и будет мне едою и питьем молитва.

   А жена его Анна плакала плачем и рыданием рыдала, говоря: оплачу мое вдовство, оплачу мою бездетность. Но вот настал великий день Господень, и сказала ей Юдифь, служанка ее: До каких пор будешь ты терзать душу свою? Ведь настал великий день Господень, и нельзя тебе плакать. Возьми головную повязку, которую мне дала госпожа за работу: не подобает мне носить ее, ибо я слуга, а повязка несет знак царственности, Анна ответила: отойди от меня, не буду я этого делать: Господь унизил меня. Не соблазнитель ли внушил тебе прийти, чтобы и я совершила грех вместе с тобою? И ответила Юдифь: Зачем я буду тебя уговаривать? Господь закрыл твое лоно, чтобы у тебя не было потомства в Израиле. И огорчилась очень Анна, но сняла свои одежды, украсила свою голову, надела одежды брачные и пошла в сад, гуляя около девятого часа, и увидела лавр, и села под ним и начала молиться Господу, говоря: Бог моих отцов, благослови меня и внемли молитве моей, как благословил ты Сарру и дал ей сына Исаака.

   И, подняв глаза к небу, увидела на дереве гнездо воробья и стала плакать, говоря: Горе мне, кто породил меня? Какое лоно произвело меня на свет? Ибо я стала проклятием у сынов Израиля, и с осмеянием меня отторгли от храма. Горе мне, кому я подобна? Не подобна я птицам небесным, ибо и птицы небесные имеют потомство у тебя, Господи. Не подобна я и тварям бессловесным, ибо и твари бессловесные имеют потомство у тебя. Господи. Не подобна я и водам этим, ибо и воды приносят плоды у тебя. Господи. Горе мне, кому подобна я? Не подобна я и земле, ибо земля приносит по поре плоды и благословляет тебя, Господи.

   И тогда предстал пред ней ангел Господень и сказал: Анна, Анна, Господь внял молитве твоей, ты зачнешь и родишь, и о потомстве твоем будут говорить во всем мире. И Анна сказала: Жив Господь Бог мой! Если я рожу дитя мужского или женского пола, отдам его в дар Господу моему, и оно будет служить Ему всю свою жизнь. И пришли вестника два и сказали ей: муж твой, Иоаким, идет со своими стадами: ибо ангел явился к нему и возвестил: Иоаким, Иоаким, Бог внял молитве твоей. Иди отсюда, ибо жена твоя Анна зачнет во чреве своем. И пошел Иоаким, и приказал пастухам своим, сказав: приведите десять чистых без пятен агниц, будут они для Господа Бога моего, и приведите мне двенадцать молодых телят, и будут они для жрецов и старейшин, и сто козлят для всего народа. И вот Иоаким подошел со своими стадами, и Анна, стоявшая у ворот, увидела Иоакима идущего, и, подбежав, обняла его, и сказала: Знаю теперь, что Господь благословил меня: будучи вдовою, я теперь не вдова, будучи бесплодною, я теперь зачну! И Иоаким в тот день обрел покой в своем доме.

   Утром он понес свои дары, говоря: Если Господь смилостивился ко мне, то золотая пластина жреца покажет мне. И принес Иоаким свои дары, и смотрел пристально на пластину, подошедши к жертвеннику Господню, и не увидел греха в себе. И сказал Иоаким: теперь я знаю, что Господь смилостивился ко мне и отпустил мне все грехи, и вышел из храма, оправданный, и пошел в дом свой. Между тем прошли положенные ей месяцы, и Анна в девятый месяц родила и спросила повивальную бабку: кого я родила? Ответила та: дочь. И сказала Анна: возвысилась душа моя в этот день, и положила дочь. По прошествии дней Анна поправилась, и дала грудь ребенку, и назвала ее Мария."
Введение во храм

   Источник иконографии этого сюжета восходит к апокрифическому Первоевангелию от Иакова. "Шли месяцы за месяцами, и исполнилось ребенку два года. И сказал Иоаким: Отведем ее во храм Господень, чтобы исполнить обед обещанный, чтобы Господь вдруг не отверг нас и не сделался бы наш дар Ему неугоден. И сказала Анна: дождемся третьего года ее, чтобы ребенок не стал искать отца или мать. И сказал Иоаким: Дождемся. И вот исполнилось ребенку три года, и сказал Иоаким: позовите непорочных дочерей иудейских, и пусть они возьмут светильники и будут стоять с зажженными (светильниками), чтобы дитя не воротилось назад и чтобы полюбила она в сердце своем храм Господень. И сделали так по дороге к храму Господню. И жрец принял ее и, поцеловав, дал благословение, сказав: Господь возвеличит имя твое во всех родах, ибо через тебя явит Господь в последние дни сынам Израиля искупление. И посадил ее на третьей ступени у жертвенника, и сошла на нее благодать Господня, и она прыгала от радости, и полюбил ее весь народ Израиля. И ушли ее родители, удивляясь и вознося хвалу Господу, что дочь их не повернула назад. Находилась же Мария в храме Господнем как голубка и пищу принимала из руки ангела."
                                                                      Благовещение Пресвятой Богородицы

   По церковному преданию, Матерь Божия читала книгу пророчеств Исайи и остановилась мыслью и стала размышлять именно об его пророчестве, когда посетил Ее благовествующий Архангел Гавриил. И на иконах Благовещения, правда, не на всех, изображена книга Ветхого Завета, открытая на этом пророчестве. И не только словами пророков говорил Ветхий Завет о Таинстве воплощения от Девы, но и множеством таинственных, неизъяснимо прекрасных прообразов, которыми благоухает ветхозаветный Израиль: и терновый куст, пылающий огнем и не сгорающий, и роса небесная, сошедшая на Гедеоново руно, и стамна [1], носящая небесную манну, и Соломонов престол, и светильник, и множество иных преобразований. Весь Ветхий Завет таинственно благоухает предчувствием весны воплощения Предвечного Слова от Девы, и предчувствие это наполняет немеркнущим светом, и странно, прообразы, ведущие к Благовещению, не только не потеряли своей силы, не только не перестали существовать, но еще больше наполнились жизнью, стали весенним дыханием Церкви, стали бесценным одеянием Божией Матери. При встрече Архангела Матерь Божия изображается с пряжей в руке, или у колодца, согласно с текстом истории Иакова о рождении Марии. "И сказал первосвященник: соберите чистых дев из рода Давидова. И пошли слуги, и искали, и нашли семь дев. И первосвященник вспомнил о молодой Марии, которая была из рода Давида и была чиста перед Богом. И слуги пошли и привели ее. И ввели девиц в храм Господень. И сказал первосвященник: бросьте жребий, что кому прясть: золото, и амиант [2], и лен, и шелк и гиацинт, и багрянец и настоящий пурпур. И выпали Марии настоящий пурпур и багрянец, и, взяв их, она вернулась в свой дом... Мария, взяв багрянец, стала прясть. И, взяв кувшин, пошла за водой; и услышала голос, возвещающий: Радуйся, благодатная! Господь с тобою; благословенна ты между женами [3]. И стала оглядываться она, чтобы узнать, откуда этот голос. И, испугавшись, возвратилась домой, поставила кувшин и, взяв пурпур, стала прясть его. И тогда предстал перед нею ангел Господень и сказал: "Не бойся, Мария, ибо ты обрела благодать у Бога и зачнешь по слову Его". Она же, услышав, размышляла, говоря сама себе: "Неужели я зачну от Бога живого и рожу, как женщина любая рожает?" И сказал ангел: не так, Мария, но сила всевышнего осенит тебя, потому и рожденное тобой Святое наречется сыном Всевышнего. И наречешь ему имя Иисус, ибо Он спасет народ свой. И сказала Мария: "Я - раба Господа, да будет мне по слову твоему".

   Архистратиг изображается на некоторых иконах не твердо стоящим на земле, но как бы слегка коснувшись земли ногой. Рука Архангела поднята в приветствии и пальцы руки сложены для благословения. Одно крыло Архангела простерто за спиной, другое поднято в знак приветствия. Это символическое движение вошло в богослужебный строй и совершается диаконом при произнесении ектений. Диакон поднимает правой рукой орарь, что является образом воздевания архангельского крыла в знак приветствия и почтения.

   В еврейских исчислениях о праздновании начала года месяц Авив, соответствующий марту, считается первым месяцем года. В этом месяце вспоминается исход еврейского народа из Египта. Празднование это не потеряло своего значения в Новом Завете, но получило совсем особый смысл. Некоторые христианские писатели относили сотворение мира к марту, и, безусловно, Церковью к этому месяцу отнесено новосотворение мира - Благовещение. В сей месяц Бог сошел с небес на землю, яко дождь на руно, Архангеловым Благовещением в Пречистом чреве Преблагословенной Девы Марии, от Девы Марии плоть Себе истка непостижимо.

   Месяц Авив, празднуемый ветхозаветной церковью, был как бы предчувствием или преобразованием обновления мира, воплощением Бога Слова, восприявшего все человеческое от Девы Марии.
Рождество Христово

   Возникновение праздника Рождества Христова относится к первым годам христианства. В постановлениях апостольских указывается праздновать день Рождества Христова 25 декабря и отмечается значительность этого праздника для Церкви.

"   Храните, братия, дни праздничные, во первых день Рождества Христова. Кто назовет его матерью всех праздников, тот не погрешит..." [4] От праздника Рождества Христова начались все праздники, как от источника различные потоки. Рождество Христово является как бы сотворением мира заново. Празднование воплощения Бога Слова становится краеугольным камнем. Исповедание воплощения Божия таинственно отделяет свет от тьмы. По определению Иоанна Богослова, "кто исповедует Бога, пришедшего во плоти, от Бога есть, а кто не исповедует пришествие Бога Слова, пришествие во плоти, от Бога несть, но тот есть антихристов".

   Родился Христос в малом вертепе от Девы Марии и положен, повитый пеленами, руками Божией Матери в яслях, как "камень на падение и на восстание многих", повивается пеленами "покрывая небо облаки".

   Время, предшествовавшее Рождеству Христову, было исполнено глубочайшей тревоги. Чувствовалась утрата твердого строя. Народы находились в постоянном движении. Их культурное достояние не сохраняло своих особенностей, но смешивалось, сливалось, как бы растворяя друг друга.

   Мир, предшествовавший воплощению Бога Слова, напоминал разрыхленное, удобренное перегноем поле, которое жаждет принять в себя семена вечной жизни - начатки будущего века.

   Образ Рождества Христова таинственно представлен в сне, который видел Навуходоносор и который пророчески был изъяснен пророком Даниилом: камень, оторвавшийся от горы и истребивший истукана. И обычно на иконе Рождества Христова Спаситель имеет как бы образное подобие того камня, который сокрушил и уничтожил страшную гордость человеческую в образе этого истукана. Христос Младенец изображается обычно в самой середине иконы, повитый пеленами, предельно умаленный. Часто по своим размерам изображение Спасителя бывает меньше всех других изображений на этой иконе, и в то же время это Господское, царственное место. Изображение же Матери Божией обычно больше всех изображений на этой иконе. Образ горы и камня, оторвавшегося от горы, - пророческий образ приснодевства Божией Матери.

   В этой умаленности Спасителя, принявшего на Себя смирение пелен и скотских яслей, - тайна исцеления человеческого рода от смертоносного яда гордости, излитого в "слухи Евины" сатаною. Все человеческое величие, рожденное возношением падшего сатаны, в Рождестве Христовом потеряло свою неотразимость, свою кажущуюся славу. Произошло совершение пророчества, заключенного в песне Божией Матери - "низложи сильные со престол и вознеси смиренные". Икона Рождества Христова - это образ непреходящей славы, вольного умаления Христова, и все основные очертания иконы, все ее построение говорят об этом. Икона, которая своими очертаниями составляет как бы печать, выражающую праздник в его основном смысле, выражает славу вольного вочеловечения Христова, славу Его умаления.

   Думается, и камень от пращи царя Давида, поразивший надменного в своей силе филистимлянина Голиафа из рода исполинов, также прообразует низложение гордости Рождеством Христовым.

   И, быть может, также свидетельствует о Богомладенце Христе, лежащем в вертепе как бы в недрах земных, образ, заключенный в Евангелии в словах Самого Спасителя о горчичном семени, в притче о Царствии Небесном. Семя горчичного дерева, меньше всех семян, брошенное в землю, должно стать великим древом, и можно сказать, что Христос, само воплощенное Царствие Небесное, живой Иерусалим, как горчичное зерно, брошенное в темные недра земли, родился в темных недрах выкопанного в земле вертепа. И тем, что был положен Самою Материю Божией не в каком-либо доме, не на поверхности земли, но в пещере, как бы в глубине земли, этим освятились и осолились самые недра земли, приняли в себя новую, дотоле не бывшую жизнь. Обычно на иконе Рождества вертеп изображен без всякого усложнения, без попытки изобразить какие-либо частности, без попытки дать какое-либо освещение, но как сплошная черная впадина, как открытие уст земли, и чернота эта ничем не бывает смягчена. Она противопоставлена свету Спасителя, венцу, окружающему, голову, и белизне пелен, которыми обвила Его Божия Матерь.

   Земля на иконе Рождества не изображена гладкою или ровною, нет, она вся полна движения, уступов, вершин, впадин. Ее движение напоминает движение морских волн. И эта холмистость, неровность земной поверхности не является только свидетельством о местности неровной и гористой близ Вифлеема, но имеет и иной, гораздо более общий, сокровенный смысл. Земля узнала день своего посещения. Она ответила Христу тем, что вся ожила, пришла в движение, она, как тесто, - начала вскисать, потому что почувствовала в себе закваску вечной жизни. И эти волнистые и уступчатые складки земли, окружающие вертеп, не пустынны, но полны тревожного и радостного движения.

   Обычно на иконах Рождества изображены и Ангелы, и волхвы, и пастухи. Ангелы - как первые свидетели и благовестники Рождества Христова, волхвы же и пастухи - как род человеческий, призванный поклониться Христу. Волхвы и пастухи не составляют некоторого единого сонма и сами по себе не близки друг другу. Пастухи представляют избранный иудейский род, им открылось небо и стал виден сонм Ангелов, воспевавших песнь Богу. Они были призваны поклониться Христу от лица всего Израиля. Прямо через Ангелов они получили Благовестие. Волхвы же изображают вершину языческого мира. Они восходят до постижения смысла Рождества Христова. Восходят не простым, но очень трудным, очень сложным путем, и на поклонение Христу приходят они не из близлежащих мест, но издалека, по преданию православной Церкви - из Персии, и путь волхвов, руководимых звездою, и труден и далек. Не беседой с Ангелами, но движением звезды руководились и поучались волхвы, хотя и здесь не все вполне открыто. Так, Иоанн Златоуст говорит, что звезда, ведшая царей в Вифлеем, не была простой звездой, но была Ангелом, излучавшим свет, подобно звезде, и ведшим восточных царей на поклонение.

   Разны Благовестие и путь пастырей и восточный царей, и объединены они и связаны воедино Христом Эммануилом, которому пришли поклониться. Как две стены здания объединены и связаны камнем, который положен в край угла и на котором покоится единство всего строения, без которого две стены никогда не могли бы сочетаться и не могли бы быть стенами одного здания. Эта мысль очень ясно выражена на иконах Рождества Христова. Волхвы, идущие на поклонение, составляют отдельную группу, не смешанную с пастухами. Пастухи же изображаются отдельно, слушающими Ангелов. В верхней части иконы, прямо над вертепом, изображается звезда, ведшая царей на поклонение Христу, и изображается не совсем обычно. Она как бы послана стать над вертепом, не стоит особняком, но исходит из небесных сфер, которые изображены в самом верху иконы. Символ Вифлеемской звезды сохраняется не только на иконах Рождества, но и в богослужении.

   При совершении проскомидии на литургии ставится "звездица" над положенным на дискос агнцем. "Звездица" эта знаменует собою звезду, ставшую над Богомладенцем, лежащим в яслях. И светильник, вынесенный в Рождественский сочельник и поставленный посреди храма, также знаменует Рождественскую звезду. Думается, звезда занимает такое место в празднике Рождества потому, что является таинственным прообразом Христа, как засвидетельствовано в Апокалипсисе: "Я есть корень и потомок Давида - звезда светлая и утренняя".

   Обычно на иконе Рождества изображается Иосиф Обручник, в глубокой скорби, измученный сомнениями, тем, что не в состоянии вместить тайну Рождества от Девы. Перед ним стоит бес в образе старца-пастуха и пытается смутить Иосифа. Характерно для многих икон Рождества, что Матерь Божия обращена ликом не к Спасителю, но к Обручнику, и лицо Ее выражает глубокую тревогу и печаль. Матерь Божия как бы хочет всеми силами помочь Иосифу, и в этой заботе уже определяется служение Матери Божией как Царицы Небесной, как ходатаицы о человеческом роде, ношение Ею скорбей человеческого рода.

   Ко времени Рождества Христова древний мир оказался подвластен единоначалию Цезаря Августа. Власть Римской империи была простерта как внешнее удерживающее и объединяющее начало. И едва различимо мир был одет иным, тоже сводящим мир воедино началом - еврейским рассеянием. Как тонкая золотая сеть, это рассеяние одело и связало собою народы. Как безчисленное разветвление оросительных каналов, покрыло оно собою землю, и по руслам этих каналов полилась вода апостольского благовестия.
                                                                                         Сретение Господне

    Сретение - это встреча человечества с Богом в лице старца Симеона. Весь Ветхий Завет увидел исполнение чаяния "своего моления". Симеон, старец, удержанный в жизни, доживший до глубокой старости, увидел наконец день посещения своего, принял на руки Бога своего, отчего и назван Богоприимцем. Дождался исполнения чаяния своего, понес на руках своих утеху Израиля - Эммануила Христа.

   Старец Симеон, по преданию священник Иерусалимского храма, за свое неверие обреченный дожить до глубочайшей старости, чтобы удостовериться в пришествии' Христовом, дождаться и увидеть, и держать на руках Христа. И праздник Сретения, как и икона праздника, выражает радость исполнения ветхозаветных обетований о пришествии Спасителя. В Симеоне как бы сосредоточилось ветхозаветное благочестие и вся неутолимая жажда иудейского мира встретить Спасителя. Ему одному было дано предсказание, что он доживет и своими глазами увидит Христа. И он дождался этого и был в Сретении сорокадневному Господу, принесенному Матерью и Иосифом Обручником в храм для совершения закона.

   На иконе старец Симеон изображен держащим Спасителя на руках. Все очертания старца как бы выражают исполнение в этом держании Господа на своих руках всех ветхозаветных чаяний. Он весь склонен над Богомладенцем, все линии тела Симеона обращены к Спасителю, как бы вогнуты, образуют вогнутым движением сосуд, принимающий благодать, а руки старца, смиренно покрытые краем одежды, образуют престол, который приготовлен Спасителю.

   Спаситель изображен сидящим на руках Симеона не как обычный младенец, но как сорокадневный Царь, сидящий на престоле. Правая рука Христа благословляет склонившегося над ним Симеона, левая держит свиток, дающий разрешение грехов.

   Глава Спасителя на иконе Сретения обращена не к Матери, но к Симеону, и в этом движении головы Христа определяются черты Его служения, те черты, которые повторились, когда двенадцатилетний Христос в Преполовение Пасхи беседовал со священниками Иерусалимского храма и как бы забыл о Матери. И это отдаление от своей семьи подчеркивается всей композицией иконы, всем распределением изображений на ней.

  Середину иконы занимает не какое-либо человеческое изображение, но престол с возвышающимся над ним киворием, утвержденным на столбах. И престол и столбы, на которых покоится киворий, как бы разделяют икону пополам. По одну сторону иконы изображены Матерь Божия и Иосиф Обручник, по другую сторону изображены вышедшие в Сретение Христа Симеон и пророчица Анна. Иосиф Обручник несет на руках двух голубей - жертву, приносимую в храм при совершении закона. Эти два птенца голубиных символически понимаются Церковью как прообраз иудейского и языческого мира. Матерь Божия изображается склоненной, с руками как бы несущими Спасителя, но Спасителя на Ее руках уже нет. Его держит Симеон Богоприимец, и престол, изображенный в самой середине иконы, между Матерью Божией и Христом на руках Симеона, образует как бы непроходимую преграду. Матерь Божия изображена как бы лишившейся Сына, во всем облике Ее, в поднятых руках, еще как бы несущих Спасителя, неизъяснимая скорбь. В этом предзнаменование материнского страдания Божией Матери, прореченного Симеоном: "И Тебе Самой оружие пройдет душу, да откроются помышления многих сердец". В движении рук и всего стана Матери Божией предчувствие утраты Сына, утраты, которую понесла Матерь Божия, стоя при кресте.

Сретение относится к числу Господских праздников, посвященных непосредственно Христу, но по своему богослужебному содержанию оно исключительно близко праздникам Богородичным. И в древности, в своем возникновении, рассматривалось как праздник, посвященный Матери Божией. На иконе праздника изображения Христа и Матери Божией равны по своей значительности: Младенец Спаситель, сидящий на руках Богоприимца Симеона, принимающего на руки свои Спасителя и являющего собою как бы ветхий мир, исполняющийся Божеством, и Матерь Божия, вышедшая на крестный путь - отдание Сына Своего на спасение мира. И вся икона в своем построении выражает эту двойственную природу праздника, радость Сретения и Страстную скорбь, то, что заключено в словах Симеона Богоприимца, - пророческий смысл слов старца: "Се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий". (Лк. 2, 34). Эти слова полны эсхатологического смысла, относящегося ко всему служению Спасителя, исполнены прозрения конца времен и чаяния грядущего Суда и Будущего Века.
Крещение Господне, Богоявление

Крещение Господне называют Богоявлением, ибо в событии Крещения проявилось участие всех трех Лиц Пресвятой Троицы: Бога Отца, открывающегося в гласе, Бога Духа Святого в виде голубя, осеняющего воды, и Бога Сына, принимающего Крещение от Иоанна и освящающего воды. Троичное содержание праздника выражено в тропаре Богоявления и определяет триединое действие Божества с предельной ясностью.

"Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, Троическое явися поклонение: Родителев бо глас свидетельствоваше Тебе, возлюбленнаго Тя Сына именуя, и Дух, в виде голубине, извествоваше словесе утверждение. Явлейся Христе Боже, и мир просвещей, слава Тебе".

Крещение, которым крестил Иоанн, было Крещением покаяния. Вода крещения была очищением, избавлением человека. Христос не имел нужды в таком Крещении, будучи чист изначала, и лишь по смирению принял Крещение от Иоанна, но, приняв на Себя Крещение водою, Спаситель не освятился водами, в чем не было нужды, но освятил Собою водное естество и с ним весь мир. Крещением от Иоанна, действием предельного смирения Христова, открылось Его Божество, как Единого от Троицы, во всем неразлучного с Отцом и Святым Духом.

Крещение есть явление Христа народу, исхождением Его на служение, новосотворение мира, смертельно растленного падением. Крещение есть праздник сотворения мира наново, подобно Рождеству Христову, и оба эти праздника неразрывно связаны друг с другом. Праздник Рождества в богослужебных текстах непрерывно сопрягается с праздником Богоявления, и строением службы, особенно вечерни, праздник Богоявления повторяет почти полностью праздник Рождества. В этом тождестве праздник Богоявления не умаляется перед Рождеством, но в некоторых стихирах воспевается как праздник еще более светлый, чем Рождество.

И отцы IV-V века, св. Амвросий Медиоланский, св. Иоанн Златоуст, св. Иероним, отмечают совсем особую славу Богоявления. "В рождении Своем Сын Божий явился миру сокровенно, но в Крещении Он явился совершенно" (св. Иероним).

Крещение произошло, когда Спасителю было, по свидетельству Евангелия, лет яко тридесять, то есть приблизительно совпадает, или, вернее, приближается, ко дню Рождества. В этом сказывается внутренняя связь священных событий, и в Церкви протянут как бы золотой свиток, соединяющий Рождество с Крещением. В римской Церкви протяжение времени между Рождеством и Крещением несколько больше, чем в православной Церкви, но связь обоих праздников остается та же. Армянская Церковь хранит обычай праздновать Рождество Христово и Крещение в один и тот же день - 25 декабря.

Праздник Богоявления именуется праздником посвящения, праздником света. В древности в этот день принимали Крещение оглашенные при множестве горящих свечей. И не может быть иначе - где явление Божие, там и преизбыток света, потому что Бог есть Свет. В этом празднике мир таинственно сотворяется заново, Бог касается и очищает и животворит водное естество. Христос погружается в воды, чтобы очистить и оживотворить их, и освятить, и убить гнездящихся там змиев. Дух Святой, в образе голубя, осеняет воды подобно тому, как было при сотворении мира, когда Дух Божий витал над водой. По изъяснению св. Василия Великого, Дух Божий не только витал над водой, но как бы сообщал ей способность зарождать жизнь, делал воду живоносной, отеплял ее подобно тому, как наседка теплом своим изводит к жизни цыплят. И тут Дух Святой сообщает водам благодать и силу порождать жизнь в Таинстве Крещения, быть водой, "скачущей в жизнь вечную".

Преобразовательно голубь, выпущенный Ноем из ковчега и возвратившийся в него с масличной ветвью в клюве, знаменует Духа Святого в Богоявлении над водами Иордана. Св. Иоанн Златоуст так изъясняет образ голубя, который принял Дух Святой в Богоявлении: "Христос, принимая Крещение от руки Иоанна, пришел исполнить всякую правду. Правдою называется исполнение всех заповедей. Так как исполнять правду должны были все люди, но никто из них не соблюл и не исполнил ее, то Христос, придя, исполняет эту правду. Итак, если повиновение Богу составляет правду, а Бог послал Иоанна, чтобы крестить народ, то Христос исполнил и это. Долг должен был уплатить род наш, но мы не уплатили, и нас, подпавших такой вине, объяла смерть. Христос, пришедши и найдя нас одержимыми, уплатил этот долг. "Мне, Владыке имеющему, надлежит уплатить за неимеющих", - говорит Он. Такова причина Его Крещения. "Поэтому Дух нисшел в виде голубя, где примирение с Богом, там и голубь. Так и в ковчег Ноев голубь принес масличную ветвь, знак человеколюбия Божия и прекращения бедствия, и теперь в виде голубя, а не в телесном виде (это особенно нужно заметить) нисходит Дух, возвещая вселенной милость Божию".
Преображение Господне

В круге церковных праздников три сопряжены чертами сходства, сближены друг с другом особой родственной близостью. Это Пятидесятница, Богоявление и Преображение Господне. Праздники объединены друг с другом своей Троичной природой.

В Пятидесятнице - Дух Святой сошествием Своим в виде огненных языков вводит нас в недра богопознания, открывая в возможной для нас полноте жизнь Пресвятой Троицы.

В празднике Богоявления - три Лица Пресвятой Троицы явили Себя в освятительном действии в предуготовление нашего спасения, согласным спасительным действием, освящающим мир.

В Преображении - Пресвятая Троица явила Себя по преимуществу в славе несотворенного Божественного света. В нем все свет, все наполняется им и все в нем таинственно видоизменяется.

Вершина горы Фавор, на которую Спаситель возвел избранных учеников, наполнилась излиянием Божественного света, неизреченной славой Божества. И этим излиянием Божественного света наполнена вся икона праздника. Вся поверхность ее становится как бы светоприимной. Распределение изображений на иконе - облако, осеняющее Спасителя, движение лучей, знаменующих Божественные силы энергии, движение Фаворской горы и падающих стремглав апостолов, - вся основа иконы говорит о свете и определяется светом. Светом наполнено облако - слава Духа Святого, осенившая Господа, и одеяние Спасителя, белизна которого наполнена тонкой сетью золотых лучей, также знаменующих излучение Божественных сил.
Изограф          

иконописная мастерская

На главную
 
мерные иконы
именные иконы
прориси
статьи
галерея наших работ
иконы Спасителя
прориси
иконы праздников
прориси
мерные иконы
иконы Богородицы
именные иконы
+3 8 067 356 32 59






Все материлы опубликованные на сайте разрешены к свободному использованию
                                                   2017 © Izograf.com.ua
гостевая книга
галерея работ
контакты
контакты
связь
связь
гостевая книга
ссылки